МОНСТР(пьеса)

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Главный герой, мужчина лет 25-30.

Сотрудник института, мужчина 40-ка лет.

Актёр, молодой человек лет 20.

Директор учреждения, немолодой, грузный мужчина.

Коллега главного героя, мужчина, ровесник героя.

Несколько мужчин, сотрудники института(в эпизоде).

 

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

 

Комната, в ней кресло, журнальный столик… Главный герой(Г) сидит в кресле. Читает книгу.

 

Г (вслух начинает размышлять): Интересно… (откладывает книгу) А действительно?.. (сново наклоняется над книгой и зачитывает заинтересовавшее его место)

«Возникает резонный вопрос. Как же так оказалось, что в Германии, одной из самых развитых и цивилизованных стран, стране с многовековыми традициями и культурой, родине Бетховена и Баха, Гейне и Гёте, фашизм с легкостью нашел себе миллионы исполнителей, безропотно выполнявших самые бесчеловечные приказы? Работавших в концлагерях, в тюрьмах, в карательных органах. Пытавших, мучавших, расстреливавших других людей. Другой веры, других взглядов, другой национальности. Ведь практически вся нация так или иначе во всем этом участвовала! Как такое вообще могло случиться!? Оказалось возможным?!»

Закрывает книгу, откидывается на кресло и продолжает размышлять вслух:

Да-а… Действительно любопытно… «Как такое оказалось возможным?..» Что, получается, любого человека можно заставить в концлагере работать?! Даже не заставить, а убедить, что это нормально. Что так оно и надо. Работа как работа. Ничего личного.

Хм!.. Да… Хотя, а чего тут удивляться? А у нас? То же самое ведь при Сталине было. И стучали все друг на друга. И в концлагерях работали… В НКВД. А потом шли домой и теми же руками жен ласкали и детей по головке гладили.

Странное существо человек!.. Ко всему привыкает. Все в конце концов обычной рутиной становится. Даже казни и пытки.

Гм… Помню где-то читал отчеты о работе Святой Инквизиции. Просто чисто рабочие документы. Служебные докладные, объяснения следователей и пр. У них, оказывается, тоже не просто так мучили. А строго по закону. Допрос первой ступени,.. второй,.. третьей… На первой винт на испанском сапожке можно только на два оборота закручивать. А на три уже ни-ни!

А какой-то следователь в нарушении инструкций ушел обедать и оставил заключенного висеть на дыбе. В результате чего тот провисел целых два часа, хотя по инструкции положено всего лишь полтора.

И тому подобный кошмар!

А ведь более всего поражает полная обыденность всех этих бумаг. Их скучный, чисто канцелярский стиль. Как будто речь не о живых людях шла. А о водопроводных кранах. «В результате халатности слесаря такого-то…»

Да чего там инквизиция! Я же и про фашизм то же самое читал! Такие же точно отчеты. Переписку разных отделов гестапо. Хоз.отдел жалуется начальнику на оперативников.

«По недосмотру сотрудников крюки закреплены слишком высоко, вследствие чего подвешиваемые за ребра испытуемые в агонии бьются затылками о потолок, и известка облетает. В результате потолок приходится слишком часто белить. Отсюда и превышение сметы». Н-да-с. «Потолок приходится часто белить». «Превышение сметы». Только и всего. Ладно… Что у меня за мысли!.. Бредни всякие читаю… Инквизиция, фашизм, концлагеря… Что за чушь! На фиг мне все это надо! Страсти эти, ужасы. Тьфу! Проще надо быть. Веселее. «Не! бе! да!! Да! да! да!! И тому… подобное».

 

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Офис. На сцене в правой части стоит офисный стол, кресло. За столом сидит мужчина. Директор(вид соответствующий). Перебирает бумаги, чем-то занят. В левой части сцены появляется главный герой. Тут же к нему подходит мужчина-коллега(К). Состоится диалог:

К: Слушай, тебя тут Андрияш спрашивал! (показывает в сторону директора)

Г: Зачем это? (в волнении) Вроде бы нет прегрешений никаких… Черт! Что там еще?! Вроде, все у меня нормально…

К: А я знаю?.. (пожимает плечами) Просил зайти, как появишься. (уходит со сцены)

Герой еще немного переминается с ноги на ногу, волнуется. Затем, подходит к директору(Д):

Г: Здравствуйте, Сергей Иванович! Вызывали?

Д (отрывается от своих бумаг): Значит, так! Завтра к десяти утра подъедешь вот по этому адресу. (берёт какую-то бумагу и протягивает герою) Там тебе всё объяснят.

Г (читает вслух): «Институт социальных исследований. Комната 30». … И к кому мне там обратиться?

Д: Они в курсе! И не опаздывай, смотри! Давай, иди, у меня дел по горло.

 

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Кабинет, в нём стул и стол с компьютером и телефоном. За столом сидит мужчина(М) в белом халате, он чем-то занят. К нему подходит главный герой.

Г (неуверенно): Можно?

М: Да?

Г: Э… э.. я из… расчетного центра.

М: А-а!.. Да-да! Проходите, проходите! Присаживайтесь, пожалуйста. Я сейчас.

Герой не присаживается. Мужчина что-то еще продолжает делать на компьютере. Затем, поворачивается к герою и оценивающе смотрит на него. Осматривает в упор с ног до головы.

М: Так-так!.. (продолжает оценивающе смотреть на героя)

Г (ему не посебе от этого осмотра): Так в чем, собственно, дело? Может, Вы мне всё-таки объясните?

М: Ага, ага! (продолжает оценивающе смотреть на героя)

Г: Ну так?..

Мужчина продолжает оценивающе смотреть на героя секунд 5-8.

М: Да, простите! А Вам разве не объяснили ничего? На работе?

Г: Нет!

Герой подвигает стул и присаживается.

М (неожиданно в приказном тоне — резко и хлёстко как удар плетью): Встаньте!

Герой от неожиданности подпрыгивает и вскакивает.

М (ледяным тоном, оглядывает героя): Во-от та-ак! Если Вас что-то не устраивает, я могу ведь прямо сейчас позвонить Вашему начальству и проинформировать его об этом. Чтобы прислали другого. Менее капризного. Ну?! (кладёт руку на телефон)

Г (совершенно растерянно): Да нет-нет, Вы меня не так поняли!.. Я просто хотел…

М (перебивает его, голос властный): Так-то лучше!

Герой стоит почти по стойке смирно. Мужчина осматривает его.

М (чуть мягче): Ладно, садитесь.

Герой послушно садится.

М (жестко): Так вот! Вы сейчас примете участие в секретном эксперименте. … Государственной важности! Подпишитесь, что Вы добровольно соглашаетесь в нем участвовать.

Кладёт перед героем бумагу и ручку.

Г (неуверенно): А я могу отказаться?

М (не слыша героя): Никакого вреда ни Вам, ни Вашему здоровью причинено не будет. Эксперимент совершенно безопасны. (властно) Вон там распишитесь, внизу, где галочка!

Герой безропотно расписывается. Мужчина берёт бумагу и внимательно её перечитывает. Сворачивает и кладёт в нагрудный карман.

М: Так, хорошо… Пойдемте!

Встают и уходят со сцены. Вид у героя пришибленный.

 

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЁРТОЕ

Кабинет, в нем несколько столов с компьютерами. За ними сидят “сотрудники” в белых халатах, чем-то занимаются.

Стоит стеклянный шкаф, в нём сидит молодой человек. К стулу он привязан ремнями. Какие-то присоски на теле, провода… Перед шкафом стоит стол. К нему подходят провода из шкафа. На столе большой красный тумблер.

М: Проходите. Садитесь.

Герой садится за стол. Ровно напротив человека в стеклянном шкафу.  В глазах человека читается явное беспокойство. Мужчина встаёт рядом, заложив руки за спину. Смотрит на героя с презрением. Герою крайне неуютно.

М: Итак, Вы, повторяю, участвуете в секретном и чрезвычайно важном эксперименте. Сидящий напротив Вас человек – тоже участник эксперимента. Цель эксперимента – выяснить влияние боли на человеческий организм. … Перед Вами – красный тумблер. С делениями от нуля до ста. Сейчас он стоит на нуле.

Герой рассматривает тумблер.

М: Тумблер регулирует силу электрического тока. По моей команде Вы будете сейчас поворачивать его вправо, по часовой стрелке. При этом испытуемый будет чувствовать боль. Начали! Поверните тумблер до десяти.

Герой послушно поворачивает тумблер.

Сидящий напротив парень дёргается и вскрикивает. Звука не слышно, шкаф звукоизолирован. Лицо искажается, конвульсии… По губам видно, что он кричит “помогите”, “прекратите”.

Герой одергивает руку от тумблера. Он в ужасе.

М (приказно): Дальше!

Г (дрожит, заикается…): Я… н-не б-буду…

В этот момент все “сотрудники”, которые раньше занимались своими делами и не обращали внимание на происходящее, замирают, удивлённо смотрят на героя повисает напряженная тишина, все смотрят на героя. Он в растерянности.

М (холодно): Вы давали подписку. Возьмите себя в руки! Ведите себя как мужчина! Дальше!!

Герой немного медлит, облизывает пересохшие губы, зажмуривается и снова кладёт руку на тумблер.

М: Двадцать!

Герой послушно поворачивает тумблер. Человек в шкафу извивается, кричит от боли…

М: Тридцать!.. Пятьдесят!.. Сто!..

Герой послушно поворачивает тумблер, с ним истерика, по щекам потекли слёзы. Парень в шкафу кричит, изо рта пена, его трясёт. Затем, он обмякает, голова падает на грудь.

Г (мычит, мотает головой): Не-ет!.. Не-ет!..

Герой почти теряет сознание. В это время, парень в шкафу встаёт(привязки отстёгиваются) и он выходит из шкафа целый и невредимый.

Герой начинает приходить в себя. Раскрыв рот смотрит на это. Он ничего не понимает.

М (мягко): Знакомьтесь, Роман Валентинович! Витя. Профессиональный актер.

Герой переводит взгляд с одного на другого, он в шоке.

М: Никого Вы, естественно, не мучили, Роман Валентинович! Успокойтесь. Всё это было не по-настоящему. Не было там никакого тока.

Г (не может отойти, еле говорит): Не было?

М (ласково, улыбается): Конечно, не было! Ну, кто бы в наше время позволил пытать человека! Причинять ему боль. Даже по его собственному согласию.

Г (не приходит в себя): А расписка?

М: Вот Ваша расписка!Можете ее выбросить или порвать. Прямо сейчас. Это тоже был всего лишь элемент игры. (достаёт расписку из кармана, подаёт герою)

Г: Какой игры?

М (весело): Ну, не игры, конечно. Это я не совсем удачно выразился. Социального эксперимента. Мы время от времени проводим такие. Вы же видели название нашего института. Это наша профессия. Ну, не «Изучение влияния боли на человеческий организм», разумеется, он называется! (смеётся)

Г (еле выдавливает из себя): И как же он действительно называется? Этот ваш эксперимент?

М: «Проблемы управления и манипулирования личностью в современном обществе».

Мужчина помогает герою встать со стула и провожает его со сцены.

М: Всего вам хорошего, Роман Валентинович! До свидания!

 

ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ

Герой сидит в той же комнате у себя дома. Кресло, журнальный столик, на нем та же книга… Полупустая бутылка водки… Герой наливает водку в стакан, залпом выпивает, чем-то закусывает.

Г: Вялость и какая-то чудовищная апатия. Как будто я потерял что-то важное. Какую-то часть себя. … Так, наверное, чувствуют себя женщины после изнасилования. … Нет, даже и это не совсем то!.. Не совсем удачное сравнение.

У женщины хоть оправдание есть – что она может сделать, если она физически слабее, когда к ней грубую физическую силу применяют? Она тут фактически невиновна, просто жертва обстоятельств – а я? У меня какие оправдания!? Ко мне что, грубую физическую силу применяли? Запугивали? Ну, сказали, что на работу позвонят – тоже мне, «запугивание»!.. Не говоря уже о том, что и это наверняка блеф был!

Наливает еще водки, выпивает, бьёт по столу рукой, воет…

Как могло оказаться, что меня за какие-то полчаса заставили фактически пытать человека? Причем без всяких там особых усилий. Просто обставили всё так, что я не смог отказаться. Не нашел в себе сил!

Закрывает лицо руками, воет…

Расписка; жесткий, не допускающий возражений тон; нарочитая рутинность и обыденность происходящего… Просто делай, что требуется, что тебе говорят, чего от тебя все ждут; выполняй команды – и всё будет нормально! Все тобой будут довольны. Никаких проблем у тебя не возникнет, и через час будешь дома чай пить.

Всё! Больше ничего и не потребовалось!

Как стыдно! Провалиться сквозь землю хочется!

Чтобы поломать сценарий, нужно было пойти против всех, стать не как все! проявить независимость и твердость! – а у меня-то этих качеств как раз и не оказалось. (с горечью) Да и откуда им было у меня взяться? Если я всю жизнь был именно «как все»!

В школе, на работе, дома… «Будь как все! Не высовывайся! Не выделяйся! Так удобнее. Не будь белой вороной! Их заклевывают. Будь обычной, серой».

Вот я и был!.. Плыл себе по течению… И приплыл… (тяжело вздыхает) Это же ужасно!! Я же позавчера только про фашизм читал!

Берёт в руки книгу и разглядывает её.

«Как это могло быть?»! Вот так и могло. Придет завтра к власти новый Гитлер и пошлет наш отдел дебет-кредит в гестапо подсчитывать. Или, там, в концлагерь…

И пойдем! Пойдем, как миленькие! А куда мы денемся? Какая нам разница, что подсчитывать? Это же просто цифры. Тоже будем докладные начальнику слать.

«Штукатурка, мол, на потолке в одном из кабинетов постоянно облетает! Потолок слишком часто белить приходится».

С опер.отделом будем ругаться…

Встаёт и бездумно проходит туда-сюда по комнате.

Господи боже! Мы вообще люди? Неужели мы все такие? Неужели с каждым из нас всё, что угодно, можно сделать?! Каждый тумблер до ста с легкостью повернет? Может это только я один такой? Монстр.

 

ДЕЙСТВИЕ ШЕСТОЕ

Главный герой на работе. Тот-же кабинет. Мимо проходит его коллега(К). Он его останавливает, чтоб спросить.

Г: Слышь, Виталь, а ты про такой Институт социальных исследований случайно ничего не знаешь! Что это за контора?

К (длинная пауза): Говорят, спонсоры наши какие-то. (опять пауза) Или что-то вроде того. … А почему ты спрашиваешь?

Г: Да я… (неожиданно его озарило) Так ты что, тоже туда ездил!? … Да!?

Пауза. Коллега внимательно смотрит на героя.

Нет. (отводит глаза в сторону) Нет.

Коллега отходит от главного героя. Герой ошеломленно смотрит на него.

 

ЗАНАВЕС

 

Автор