Сын Люцифера — День 50, Ангел

И настал пятидесятый день.

И сказал Люцифер:
– Женщина всегда делает только то, что она хочет сама. Только редко когда в этом потом признается.

АНГЕЛ.

«Motus doceri gaudet lonicos matura virgo, et frangitur artubus lam nunc, et incestor amores, de terero meditatur ungui».
(«Девушка, едва созрев, охотно учится ионийским пляскам и уже в эти годы извивается станом и с раннего детства грезит о бесстыдной любви» — лат.)
Гораций. Оды.«Ангельчик мой!»
Обращение Грибоедова к своей жене Нине в его последнем письме.


Кедров отхлебнул еще пива. Голова после вчерашнего трещала.

Блядь! А тут еще работать надо.

Он поморщился и взял очередной сценарий.

Опять баба! Ну, естественно. Что вообще у этих сук в голове!

Он быстро пробежал глазами текст.

Так… Так… А-а!… Понятно… Ну, понятно! Секс втроем, как обычно. Голубая мечта всех этих тупых куриц. Тайная, блядь. Заветная. О чем она думает, когда драчит. Пардон, мастурбирует. Дамы же у нас не драчат, а мастурбируют. Леди. Да-с.

«Дамы-леди»!.. Бляди, блядь, а не леди!! Блядищи!

О-о!.. Она – она – он! Обычно он – он – она. Или он – он – он – она. Обычно дамочка мечтает, как ее вдвоём-втроём пользуют. Насмотрится видео!.. Ладно, короче… Чего там у нас?.. Ага!.. Поня-ятно… Так всё романти-ично!.. То есть этой курице кажется, что всё это романтично. Вы послушайте, что она пишет! Эта дура набитая.

Кедров хлебнул еще пива, хрипло захохотал и закашлялся. Пиво пролилось на брюки и на распечатку.

Он торопливо отряхнул брюки.

А-а, черт!.. Да, так вот. Где?.. А, ну вот. Да!

«Она <в смысле, вторая мадама!> нежно погладила ее по попе».

Господи-боже! «По попе ее погладила»! Утюгом. О-о-ой!.. Я сейчас умру! «Попа» там, чувствуется!.. О-го-го! Та еще попа! «Щупаешь, то знаешь: маешь вещь!» Есть по чему «гладить».

«И изо всех сил толкнула вперед».

Стоп! Ничего не понял! Ну-ка?.. Да…

«Погладила по попе… и толкнула вперед».

Зачем!?

Кедров представил себе эту картину и потряс головой. Надо меньше пить! Поспешно глотнул еще пивка и впился глазами в текст.

А-а!.. «Прямо в жаждущие объятья своего мужа»! Через точку после «вперед». «В жаждущие», блядь! А, так это вдобавок еще и муж был!? То есть не этой дуры, а второй! В этом-то вся соль! Вся «романтика»! Чтобы с чужим мужем в присутствии жены. Которая к тому же сама «изо всех сил» сзади «в попу толкает». «В жаждущие объятия».

Ну, ясно, что «изо всех»! Если бы не «изо всех», то наша дамочка бы не поддалась. Глядишь, и устояла бы! А так – куда деваться?

Ну, ду-ура!.. Ну, дури-ища!.. Что все-таки у этих баб в голове!? В школе-то хоть она училась? Книжку хоть одну в жизни прочла?.. После «Колобка»?

Одна извилина. И та между ног. Почитал бы ее супруг!.. Эти ее откровения. Умопомрачительные… Умоподрачительные. Фантазмы.

Хотя у нее, у бедной, может, и супруга-то никакого нет. Не ебёт никто, вот она и…

Ладно, короче! Хватит отлынивать! Работать надо.

Он еще раз перечитал текст.

Так! Она где-то там «на бале»…

(«На балу», дура! – не удержался и напоследок ядовито усмехнулся Кедров. – «На бале»!.. Сюжетец: «ах, как меня на бале шикарно отъебали!»

После чего уже не отвлекался.)

«… знакомится с очень красивой, молодой и элегантно одетой супружеской парой». Сама она, естественно, тоже вся из себя. Молодая, красивая и элегантно одетая.

Черт! Тут еще описание одежд идет. Элегантных. Платьев всяких.

Ну, уж нет! Тут уж извините!.. Тут я слабоват. И вообще ближе к телу, как говорил Ги де Мопассан!

Так… Ну-у-у… процедуру знакомства мы тоже… пожалуй… опустим,.. – Кедров задумался, покачиваясь в своем кресле, глядя в потолок и рассеянно покусывая нижнюю губу. – Ничего она не добавит… Хотя, можно было бы, конечно…

«Кружась с ним в танце, она испытывала странное, тревожное, томительное чувство какой-то сладкой, манящей, дразнящей опасности. Нет! Вёл он себя безукоризненно. И танцор он был великолепный! Но… То, как он на нее смотрел… Его глаза! А рядом за столиком сидела его жена и…»

А, блин! Голова раскалывается. Ладно, обойдемся без всех этих красивостей и без предисловий. Переживет наша дамочка. Сама про свои платья и лифчики додумает.

Как она млела весь вечер и не решалась дать, вспоминала всё, те ли у нее сегодня трусы надеты, того ли цвета? А то вдруг в горошек окажутся! Позора потом не оберёшься.

Скажут: «мадам!.. в таких трусах!.. да как Вы смеете!!»

Н-да-с. У графьёв же всё так! На этот счет строго-с. Пришлось даже в дамскую комнату специально бежать, проверять. Вот!

Перейдем сразу к сути. Краткость – сестра таланта! Как она уже в комнате оказалась, и ее сзади в попу изо всех сил толкнули.

Кедров сосредоточился и попытался вообразить себя на месте той женщины, героини. Последнее время он часто писал от имени именно женщин, и потому это было ему сейчас совсем нетрудно, задача его нисколько не смущала. Попривык.

Да и к тому же он вообще очень много общался с женщинами, с самыми разными, особенно вначале, когда только начинал; просил их присылать ему максимально подробное описание всех своих сексуальных чувств и переживаний, вплоть до самых мельчайших физиологических нюансов и деталей, даже таких, о которых обычно не говорят – «это очень важно!.. главное, не стесняйтесь!..» – так что теперь довольно хорошо представлял себе, что именно они в эти моменты ощущают. Где у них там свербит и что чешется.

Да и!.. Клиенткам нравилось, а это самое главное! В конце концов, это же всего лишь бизнес.

Хотя, сказать по правде, по-настоящему сильные описания получались у него далеко не всегда. А лишь когда удавалось действительно увлечься, вжиться в роль, войти в образ. Заинтересоваться сюжетом. Вот он и старался поэтому… «вжиться»!

Итак, начнем…

Я молодая женщина, красивая, обеспеченная… замужняя!.. да, пожалуй, что замужняя – это придаёт моим ощущениям дополнительную пряность и остроту… пикантность!.. – подсознательное желание запретного!.. манящее, дразнящее, пугающее и притягивающее одновременно!..

Да, я люблю своего мужа! боготворю! преклоняюсь перед ним! Он самый-самый-самый!.. Но… с другой стороны… мужа сейчас рядом нет… (а ведь я говорила: поехали!)… а я… я… вся эта обстановка бала!.. праздника!.. танца!.. Она уносит, уносит меня куда-то!.. Ввысь!.. Я просто не знаю, что со мной, что на меня сегодня нашло!.. у меня голова кружится… кружится!.. Все это так странно!..

Нет!! Я вовсе не собираюсь!.. Да нет, я даже и думать об этом не хочу!.. И, к тому же, он ведь с женой…

Да… Жена… Какая она милая…приятная… Оба они такие приятные!.. И всё же всё это так странно… Он на меня так смотрит… откровенно!.. а она… только улыбается… Как будто ей это… нравится… И я ей как будто… тоже… нравлюсь… Так странно!..

Так-так-так!..

Кедров возбужденно поёрзал в кресле и потер себе лоб. Процесс начал его захватывать. Он воочию представил себя той женщиной.

Как она стоит, колеблется… как ей и хочется! хочется!.. и в то же время и страшно! и жутко! – муж! измена!.. она еще никогда!..

Да и жена же! Вика – не могу же я при ней!.. Конечно, мне кажется… но вдруг я ошибаюсь, вдруг я всё не так поняла?.. И в то же время!.. а если так!!??.. если мы сейчас?!.. все втроем?.. все вместе!?.. Боже!! о чем я думаю!.. это грех! он… я… она…

Боже! но это же так стыдно! Она будет видеть, как он меня!.. как я!.. как я!..

И сла-адко… Пусть! пусть ви-идит… И она-а… И о-он… Пусть смо-о-отрят… пу-усть… Пусть-пу-усть!..

Только пусть они меня сначала поласка-ают… везде-е… Везде! А потом!.. Я им отдамся!.. обоим!.. сначала он… да, он первый!.. потом она… может, у нее игрушки какие-то есть… штучки всякие… ну… такие!.. фаллосы!.. и ей тоже меня… захочется… поиметь… как женщину…

Так, ладно! Можно начинать.

Кедров быстро придвинул к себе клавиатуру и принялся лихорадочно печатать. Торопясь, поскольку, как он знал по опыту, настроение может в любой момент бесследно исчезнуть. Испариться. И тогда – всё! Труба. Лучше и не пытаться.

Клиент: Юлия.

Тема: Секс втроем. Героиня и супружеская пара: Вика и Никита.

Текст:

Комната… полумрак… На ней соблазнительное, тонкое, обтягивающее платье, очень открытое и сексуальное – она видела, как Никита смотрит на ее высокую грудь,.. на ее длинные, стройные ноги… Она чувствует в душе томление… желание… и сама уже не знает, чего она хочет… уйти?.. остаться?.. уйти?.. Лучше все-таки, наверное, уйти?..

– Так я пойду?.. – нерешительно улыбнулась Юлия.

– Да, конечно! – вежливо и равнодушно улыбнулся в ответ Никита.

Сердце у Юлии сразу же упало. Ее словно холодным душем окатило! Она ждала чего-то совершенно другого. Какой-то иной реакции. Она вдруг поняла совершенно отчетливо, что ей хочется именно остаться. Остаться! Конечно, остаться!

Но чтобы ее при этом упросили… Уговорили… Чтобы это так!.. помимо ее воли словно всё получилось… Случайно!.. естественно… Само собой.

И вот!.. Чары мгновенно рассеялись. Всё рухнуло. Юля как-то нелепо засуетилась, отыскивая свою сумочку и чувствуя, что глаза ее застилают слезы непонятного ей самой укора и горькой обиды. Как у ребенка, которому не купили мороженое.

– Да!.. Хорошо… А где… моя?..

– Ну, подожди ты, Юль! Куда ты так спешишь? – Вика мягко обняла подругу сбоку рукой за талию и игриво прижалась к ней бедром. – Он же шутит!

Юленька подняла свои полные слез глаза и увидела, как муж Вики стоит рядом, близко-близко! и с какой-то откровенной и понимающей усмешкой молча смотрит на них обеих. На нее и на свою смеющуюся жену. Юля, дрожащими губами тоже пыталась ему улыбнуться, но улыбка получилась довольно жалкая, и она сама это почувствовала.

Она хотела достать платочек и промокнуть им глаза, но в это самое мгновенье рука Вики неожиданно скользнула по ее талии ниже,.. за спину… и Юля внезапно с трепетом ощутила ее ладонь у себя на ягодице… на ягодицах… рука гладит, гладит!.. <«Получай свое «гладит по попе»!» – мельком подумал Кедров.> …сжимает слегка, ощупывает ее тело, ласкает!.. потом медленно движется ниже… ниже… туда!.. о-оо!.. уже совсем низко… уже!.. прямо между… там, внизу!.. пальчик… а-ах-х!..

Юленька вздрогнула и, не смея пошевелиться, вся пунцовая украдкой покосилась на Вику. Та, томно улыбаясь, смотрела на нее в упор. Грудь у нее вздымалась, дыхание стало прерывистым.

Юля поспешно отвела глаза и тут же наткнулась взглядом на Викиного мужа. Он, разумеется, всё видел!

Бедная Юленька совсем засмущалась, еще больше зарделась и уже хотела было потупиться, зажмуриться, закрыть лицо руками – ах, как стыдно! – но вместо этого неожиданно даже для себя самой вдруг полураскрыла ротик, высунула розовый язычок и медленно-медленно провела им по верхней губе…

(Черт! – раздраженно подумал Кедров. – Не могу я все эти прелюдии описывать! Все эти ахи-охи! Как они друг дружке по полчаса в глаза смотрят да только облизываются.

Мужику к делу, небось, побыстрее перейти не терпится! Ну, еще бы!.. Такая тёлка! Конфеточка! «Белочка». Жена на блюдечке преподнесла. На десерт! « Угощайся, милый!» После кофе. Чего там фантики разглядывать да язычком цокать! Пробовать пора!! Разворачивать. Кушать подано! Жаркое стынет.

Выглядишь ты, девочка, конечно, у-у-уа! А вот какова ты на вкус?! В деле? Ну-ка?..

Ну да, деваться некуда. Клиенткам так не нравится. Чтобы сразу. Им нужна романтика-эстетика. Чтоб ее не просто «на бале отъебали», не просто засадили ей там в перерыве между танцами, на скоряк! между мазуркой и кадрилью! и сделали это красиво, неторопливо, при свечах и под Моцарта. Тогда это вроде и не измена, а… адюльтер! Тогда это она не вульгарно трахнулась, перепихнулась в уголке неизвестно с кем как кошка, а отдалась!.. пала!.. не устояла, блядь! ах!.. и вообще она не такая! она не в жопу ебётся, а анальным сексом занимается! Да-с.

Вот именно – блядь! Блядища целая! Халява, – Кедров ожесточенно сплюнул. –

«При свечах и под Моцарта»!.. На рояле тебя! Раком. Если тебе так музыки хочется. А в жопу потом свечку вставить. И поджечь. Тьфу! Шлюхи безмозглые!!

Ладно, продолжим. На чем мы там остановились?.. Ага… «по верхней губе»… еще только! Причем рта. Рота. Это плохо. Такими темпами мы до сути еще не скоро доберемся. До сути вниз еще целый метр. Как минимум.

Хотя, в принципе, можно же и с «рота» начать… Для чего он бабам дан? Вот пусть дамочка им и поработает пока. У мужа пососёт немного,.. потом у жены полижет… Для разминочки, так сказать. Для затравки. Постепенно чтобы! Чтобы попривыкнуть сначала. К запретному вкусу греха. Острому! Пряному! Кисло-сладко-соленому.

Душа же там нет, как я понимаю, на этом самом бале? Откуда ему там взяться?

От меньшего к большему, в общем, мадам пусть движется. Как положено! Не сразу же ей до святая святых всех подряд допускать. До своей чудесной попы. С которой, собственно, всё и началось. Весь роман. Это же у нее не проходной двор все-таки. И вообще, адюльтер!.. о!.. это такая драма!

Ладно, поехали! Хватит резвиться! Больше болтаю, чем работаю. Не пишется чего-то ни хуя!)

Вика засмеялась, легонько куснула Юлю за ушко и…

Что «и»?.. – тоскливо подумал Кедров. – Всё! Пиздец! Муза улетела. Куснула Юльку за ушко и улетела. Нечего было отвлекаться. Ёрничать. А теперь – всё! Теперь она обиделась. Упорхнула моя птичка. Стрекозочка моя маленькая. Ветреная, непостоянная и легкомысленная, как и все эти бабы. Все эти стре-козы.

К стрекозлу, наверное, какому-нибудь утешаться помчалась. К Купидону. Трахаться. Или нет, к Аполлону! Чего это я!? Он же у них там самый главный. Начальник. У всех этих муз. Он их, значит, всех и ебёт. Как обычно. На Парнасе. Или на Пегасе?.. Или нет, Пегас – это конь, на Пегасе они прилетают, а ебут их уже на Парнасе. А Пегас – это у них типа такси. «Такси-такси!.. – соси-соси!..»

Хм… У Пегаса?.. В качестве платы?.. А что?..

Хотя у них же у самих крылышки есть, у этих муз. Им Пегас без надобности. Они и сами летать умеют. Интересно, а крылышки им не мешают?..

Кедров на секунду задумался, пытаясь представить себе бабу с крылышками…

Тьфу! да не с теми!!

Да нет, вроде… А чего они ей мешают?.. Хотя и пользы ей от них вроде никакой особой… от этих крылышек. Пощекотать где-нибудь разве что. Перышком.

Господи, о чем я думаю! А о чем мне еще думать, если у меня творческий кризис? – Кедров угрюмо поискал глазами очередную банку. – Ну, понятно!.. И пиво кончилось! Всё одно к одному.

Когда этой дуре текст нужен? Сегодня вечером?!.. Чего ж делать-то? Хорошая клиентка, между прочим. Жалко терять. Платит исправно. Откуда только бабло берет? Наверное, жена все же чья-то. Какого-нибудь там… олигарха занюханного. Так, наверное, боится ему изменять, в жизни, – сложно же!.. Кругом стукачи, охрана стеночкой, камеры-микрофоны… Вот и… Через сеть драчит.

Э-хе-хе!.. Или все-таки попробовать? На чистой технике? А?.. Хотя и без вдохновенья? – Кедров поморщился и поскрёб пятерней всклокоченную голову. – Надо же дамочке удовольствие доставить, в конце-то концов! Она, небось, ждет не дождется. Единственная радость в жизни. Мечтает, как e-mail от меня получит, распечатает тайком на мужнином суперпринтере, в ванночке запрется – и вперед! Никаких вибраторов не надо.

А чего!? – Кедров неторопливо откинулся в кресле и водрузил ноги на стол. – Под мои писания вполне можно, я думаю рукоделием заниматься. Без ложной скромности могу сказать. Как под порнушку.

Читай себе не спеша и представляй всё во всех подробностях. К финалу вполне кончить можно вместе с героем. Или с героиней. Да чего там «можно»! Многие так и делают. Вон весь ящик мылом от этих стрекоз забит! Благодарственным.

«Не знаю, что бы я без Вас и делала!». Ну, как же, конечно, «не знает» она! Мужу своему рассказывай. Лапшу на рога вешай.

То же самое бы и делала. Только кайф, понятно, был бы не тот. У самой-то мозгов нет. Представить себе даже толком ничего не может. В жопу ее толкнули изо всех сил! В объятия, блядь, греха и разврата. Дура!!

Я, что ни говори, в этом смысле талант, – Кедров самодовольно потянулся, мечтательно улыбаясь. – Это у меня хорошо получается, прямо на удивление. Во Бог наградил! Нет, чтоб детективы какие кропать!.. Сайнс-фикшн.

Впрочем, жаловаться мне грех, – он суеверно постучал костяшками пальцев по деревянной поверхности стола. – Я и так неплохо устроился. С эти своим сайтиком. И с этим своим талантиком. Благо, конкурентов у меня тут нет, – он тихонечко хихикнул и опять постучал по дереву. –

Присылайте, присылайте, милые дамочки мне свои сексуальные фантазии, присылайте! А я уж их литературно обработаю! Так, что пальчики оближете! И вообще всё на свете. Прочитаете и кончите сразу. Ну, или, по крайней мере, трусики выжимать побежите. Да-с. Хе-хе-кс! Переодеваться-раздеваться. Ну, а там уж ручкой себе чуть-чуть поможете, самую малость! – и!.. Аа!-аа!-аа!-а-ах!.. О-о-о-о-о-о…

Да. «О-о». Жена бы только не узнала. Она мне покажет «о»! Такое «о»!..

Мысль, что жена в конце концов все равно когда-нибудь обязательно пронюхает, рано или поздно, это неизбежно! была крайней неприятна. Время от времени она, эта мысль, приходила Кедрову в голову и вообще отравляла ему жизнь. Это было единственное темное пятно на его светлом и безоблачном горизонте.

Что дражайшая половина его «не поймет», Кедров не сомневался ни секунды. С ее-то «принципами» дурацкими и взглядами на жизнь!.. Что тогда бу-удит!.. Н-да-а-а…

Да ладно! – Кедров чуть пошевелился в своем кресле, устраиваясь поудобнее. – Чего это на меня нашло? Как она узнает? Она и Интернетом-то пользоваться не умеет. Ну, работаю я в Сети, и работаю. Мало ли чем я занимаюсь! «Сетевым маркетингом!» Мониторингом, бля, в натуре!..

Все равно для нее это все темный лес. Абракадабра и тарабарщина. Грамота китайская. Главное, бабки для семьи зарабатываю! Бабло!

На бабле, – Кедров невольно усмехнулся своему неожиданному каламбуру. Настроение у него немного поднялось. – Между прочим, надо бы все-таки попробовать этот новый проект, – он встал с кресла и подошел к окну. – Интерактивная литература. Попытка чисто языковыми средствами добиться полного сопереживания с героем. Слияния, в идеале. Чтобы читатель чувствовал всё то же самое, что и герой. Абсолютно! Во всех подробностях. Чисто физиологически, конечно же. Не духовные переживания – на хуй они кому нужны! – а именно чистая физиология.

Герой первый раз ебёт свою горячо любимую героиню, о которой он столько мечтал! – и читатель ебёт вместе с ним. Испытывает всё то же, что и он. Дрожит, трепещет, когда сует первый раз руку вместе с ним ей под платье, под трусики, и чувствует…

Нет!!! Всё не то!! Это опять всего лишь литература! Слова! Слова, слова, слова. Мертвые слова. Каменный цветок. Каменный! А нужен живой, – Кедров в волнении прижался лбом к холодному стеклу. – Надо описывать каждое движение, каждое ощущение! в мельчайших подробностях! Фиксировать даже то, что обычно человек не замечает.

Ну, то есть ему кажется, что он не замечает. На сознательном уровне он не замечает. Что трусики на ней шелковые и резиночка на них мягкая. Когда он первый раз ей под платье лезет, девушке своей мечты, ему вообще ни до чего! не до трусиков и не до резиночек! Лишь бы побыстрее!!.. побыстрее!!! Да. «Не до песен мне, не до стихов».

Но это ему только кажется. Что ни до чего. На самом деле очень даже «до чего». На самом-то деле подсознание всё фиксирует. И из этих-то наимельчайших нюансов и деталей, из полутеней и полутонов и формируются ощущения. Настоящие, подлинные, живые! Полнокровные. Трехмерные! А не плоские безжизненные чертежи и схемы, нарисованные-намалёванные на бумаге грубой малярной кистью дебила-писателя.

И если резиночка вдруг лопнет, человек это сразу же отметит. Даже в пылу страсти. Или трусы, скажем, у девки этой порвутся…

У девушки, пардон, у девушки!.. Робкой и невинной. Тургеневской. Пугливой и грациозной как лань. И не трусы, а трусики! – Кедров невесело усмехнулся, потом угрюмо махнул рукой. –

Лань, блядь! Серна. Горная козочка-овечка. Коза, короче. Или овца.

Нет! Рано пока. Пока я еще до этого не дорос. До интерактивных описаний. Чтобы козу эту вместе с автором читателю можно было вживую за вымя пощупать. А потом еще и подоить.

«Что, Данила-мастер, не дается тебе каменный цветок?» Да уж! Не дается, Хозяюшка, не дается. Я всего лишь ремесленник, а тут действительно мастер нужен, художник! Чтобы камень холодный оживить, душу в него вдохнуть. Творец!

А как тут можно художником и творцом остаться, когда каждый день подёнщиной этой проклятой заниматься приходится! – Кедров с ожесточением пнул ногой пустое пространство. – Откровения все эти бабьи читать. Отправления. Физиологические. Что у этих самок неудовлетворенных в душе творится!.. Это уму непостижимо. Знал бы кто! Я теперь уже никогда, наверное, не смогу ни к одной женщине как к какому-то чистому и непорочному созданию относиться, – Кедров болезненно скривился. –

«Непорочному»!.. Ага! Как же!.. Это она пока непорочная. Потому что в хороших руках не побывала. Дайте мне ее на недельку, и вы увидите, что от всей этой ее хваленой «непорочности» останется. Напишу ей пару емэйльчиков, почитает она их тайком, повздыхает-помлеет вместе с героиней – и готово дело!

А как она их может не читать? Она же женщина. Ей же любопытно. Да и написано так, что не читать невозможно. Талантливо написано!

А читать – значит, сопереживать. Представлять себя на месте героини. Испытывать те же самые эмоции, что и она, те же чувства…

А если эту героиню дерут, простите, втроём на лужайке!.. И она от этого торчит, балдеет, улетает и жалеет только, что у нее всего три дырки, а не десять… Ну, или, что партнеров всего только трое, а не три раза по трое. У-ух!!.. Она бы всех их с удовольствием… обслужила! Всем дала.

Ну и что? Где тут грань, отделяющая вымысел от реальности? Воображаемое от действительного? А?

Всё определяется исключительно талантом автора. И чем он талантливее, автор – тем тоньше эта грань. Тоньше,.. тоньше,.. тоньше… Вот уже совсем-совсем тоненькая, тонюсенькая, незаметная уже почти даже… паутинка… Всё!! В идеале – вообще исчезает. Полностью! В идеале – это уже её саму, читательницу, а не героиню, втроем на лужайке сейчас ебут. И это она стонет, кричит, извивается и кончает!.. кончает!.. кончает!.. аа!..-аа!..-аа!..-а-а-а-а-а-а!!!!..

Интерактивная литература,.. – опять задумчиво пожевал губами Кедров. – Интерактивный литературный секс… Интерактивный оргазм…

В общем, не пройдёт и недели, как она мне сама писать начнет. Скромница эта ваша. Вся такая из себя чистая и непорочная. И такие тут из нее фантазмы попрут, что любо-дорого!.. За голову схватитесь! Вы такое и не выдумаете никогда, что она себе в свой маленькой хорошенькой головке навоображает! Чего тут, казалось бы, можно себе «навоображать»? Ан нет!

И тогда уж она не остановится! Никогда! Крайности всегда переходят в крайности. Из скромниц получаются лучшие развратницы. Если уж она с нарезки сорвется – то всё! Пиши пропало. Демон – это ведь падший ангел.

Так что же все-таки делать-то? – снова тоскливо подумал Кедров. – Ангел!.. демон!.. Надо все-таки что-то пробовать. Каменный цветок высекать.

Может, с самых простейших сцен начать? С азов?

Что, например, чувствует мужчина, когда напротив него сидит симпатичная девушка в мини-юбочке?.. В непринужденной позе.

Коленочки… сжаты, конечно,.. но не до конца, не совсем!.. маленький такой просветик, щёлочка!.. между ними… Ах! она же просто расслабилась, забылась, не осуждайте ее строго! она просто увлеклась… чтением… сопроматика.

Ну, вот, что чувствует сидящий напротив мужчина, когда он всё это видит? Когда глазам его завидущим открывается вся эта картина Репина?

Взгляд его, конечно же, сразу же, немедленно, первым делом скользит туда! туда! под юбочку! вглубь, вглубь, вглубь… между ее ножек!.. стройных, девичьих… Мысль, а что там?.. дальше?.. а ведь если бы она сейчас еще ну, хоть чуть-чуть!..

А!.. Нет!! Нет, нет и нет! Всё не то!! Будь всё проклято!!! Такие вещи надо спермой писать, а не чернилами.

Сесть в метро напротив молодой тёлки, шарить взглядом у нее под юбкой и описывать свои ощущения. Фиксировать их сразу. Вот тогда еще есть надежда. А так!.. Профанация одна. Дилетантизм. Вяло. Неубедительно. Слюнявые откровения импотента.

Не дается мне, в общем, пока цветочек заветный. Не-да-ет-ся! Не дается, не дается и не дается! Хозяйка Медной Горы у нас всё только капризюльничает лишь пока да глазки строит. Хвостом, сучка, вертит! А давать – не дает.

Ну да, ничего! Да-аст!.. А куда она денется? Баба же, хоть и каменная. Поломается, немного, покочевряжится для порядка – и даст. Да-аст!!


Кедров снова перечитал e-mail.

FROM ANGELA TO PORNER.

Здравствуйте, PORNER <это был псевдоним Кедрова>!

Пишу Вам первый раз, не знаю, правильно ли делаю. Стыдно все-таки как-то… Если бы не полная анонимность Интернета, я бы, конечно, на это никогда не решилась.

Немного о себе. Мне чуть больше двадцати, замужем. Детей нет. Мужу я никогда не изменяла, и вообще больше мужчин у меня никогда в жизни не было. Замуж я вышла в 18 лет, девушкой. По современным понятиям это, конечно, дико, но это так.

Мужа я очень люблю, обожаю! Но, знаете, хочется иногда чего-то нового, необычного! Хотя бы помечтать, пофантазировать! Это же можно, правда? Все же так делают! Порнографические кассеты все ведь смотрят. А Вы так всё это описываете… Я даже прямо не знаю… Это так необычно..

В общем, не могли бы Вы мне что-нибудь сами придумать? Какую-нибудь сексуальную фантазию. А то сама я, боюсь, все равно ничего не выдумаю. Просто не сумею.

Заранее благодарна, Анжела.

Ну, вот!.. – Кедров рассеянно потер подбородок. – На ловца, как говорится, и зверь бежит! Вот, пожалуйста, невинная девушка, чистая, неразвращенная – ну, ангелочек прямо! Да по письму чувствуется! Что не обычная шалава. Которая из себя целку строит, а сама только и думает, как бы мужу рога наставить. «Стыдно» ей – с ума сойти!

Имя, кстати, тоже подходящее – Angela. Почти Angel. Ангел! Ангел, в общем, – женского рода. В юбке, во плоти.

Ну, не девушка, конечно, – цинично усмехнулся он, покачиваясь в кресле, – раз замужем уже несколько лет. Ликбез пошла. Сосать наверняка умеет. Ну, не важно! Молодая женщина. Еще лучше.

С девушками-то как раз неинтересно. Чего их совращать, если они сами только об этом и мечтают! Как бы их совратили. Зов природы. Куда денешься!..

Да и глупенькие они обычно совсем. Чего ни скажешь – тому и верят. Как цыпленок. Кого первого увидит – тот и мать. Курица – значит, курица. Коршун – значит, коршун. Так же и у них. Кто первый поманит – тот и принц.

Неинтересно, короче! Скука. Да и нехорошо это – малолеток развращать. Уголовно наказуемо к тому же,.. – Кедров брезгливо поморщился. –

А вот – женщина, молодая, искренняя, чистая мужу своему ни разу не изменяла! Замуж девственницей вышла!! Обалдеть! Ну, словом – прямо образец совершенства. Идеал.

И все-таки червоточинка есть… Есть-есть! Хочется ей чего-то там все-таки! Хочется!..

И всем «хочется»!! Всем! А иначе – это уже не женщина. Книжки читаете? Читаете. Фильмы смотрите? Смотрите. Всё! Значит – «хочется».

Н-да-а… Женщина… Мадонна… Ангел… В каждом ангеле скрыта личинка демона!! Зародыш. Спора. Червячок! И если ему создать подходящие условия… Этому червячку… Он пожрёт всё!! Останется одна только пустая оболочка. Всё такая же внешне прекрасная, чистая и непорочная. Но внутри!.. Это будет уже один только гигантский червяк. Одна сплошная кишащая масса паразитов.

Ну что ж, начнем, пожалуй?.. Это будет даже интересно. О-очень интересно… Начнем-с!

FROM PORNER TO ANGEL.

Анжела!

Прежде всего, разрешите, я Вас буду звать Angel? Хорошо? Просто мне это имя больше нравится. Ангел!

Теперь насчет текста. Знаете, когда будете читать его, попытайтесь представить себя на месте героини. Вот просто последовательно, шаг за шагом. Я сейчас пробую новую технику письма – интерактивную – и мне просто интересно будет узнать Ваше мнение. Вы – мой первый читатель! Чем-то вы мне понравились. И письмо Ваше. Искренностью своей, наверное, свежестью и чистотой. Непосредственностью.

Словом, жду с нетерпением Вашего отзыва.

Удачи! Пусть у Вас всё будет хорошо.

С уважением, PORNER.

ТЕКСТ

<< Она замедлила шаги. Потом быстро оглянулась по сторонам. Никого! Коридор был пуст. Но войти могли в любой момент. Если решаться на что-то, то делать это надо немедленно!

На что решаться?! – с веселым ужасом подумала Анжела. – Чего я здесь стою?

Она еще раз огляделась – и решительно вошла в каморку, тотчас плотно прикрыв за собой дверь. Как в воду с обрыва прыгнула! Сердце неистово колотилось.

Что я делаю? – опять подумала она, зная уже, что не остановится. – Это безумие!! Если сейчас сюда войдут!.. Как я объясню, как я здесь оказалась? В фате и свадебном платье?

Она замерла и прислушалась. Тихо!

Анжела подошла к валяющемуся на кушетке бесчувственному пьяному мужскому телу. Кто это?.. Сторож?.. Уборщик?.. Господи, как от него перегаром несёт! Впрочем, тем лучше.

Она легонько, с опаской, толкнула мужчину. Ничего! Сильнее. Эффект тот же. Она потрясла уже совсем грубо. «Простите?..» Никакой реакции! Мертвое тело. Даже дыхание не меняется.

Тогда она схватила мужчину двумя руками за плечо и с усилием перевернула его на спину. Пьяный что-то мутно промычал во сне и чуть шевельнул ногой. Анжела замерла. Но это была единственная его реакция на столь бесцеремонное с собой обращение. Сейчас его можно было катать и переворачивать сколько угодно. Разбудить его подобными мерами было решительно невозможно.

Анжела уже дрожала вся как в лихорадке.

Зачем я это делаю? – опять спросила она себя. – Боже, я сумасшедшая!

Но то, что вело ее сейчас, было сильнее стыда, разума, здравого смысла… Всего! Она даже плохо понимала уже, что вокруг происходит. Ей словно действительно овладело какое-то безумие!

Она еще секунду помедлила, потом трясущимися руками принялась быстро расстегивать мужчине брюки. Пальцы дрожали. Пуговицы не слушались.

Если сейчас войдут!.. – снова мелькнула в голове ужаснейшая мысль. – Господи!..

Анжела содрогнулась и замерла на мгновенье, чутко прислушиваясь. Тихо!

Она снова продолжила свое отчаянное сражение с пуговицами.

Так,.. еще одна… черт! какая тугая!.. Всё?.. Нет. Еще одна, самая нижняя. Всё!

Она, цокая каблучками, забежала в ноги мужчине и начала, судорожно дергая, стаскивать с него брюки.

Рывок!.. Еще! Еще!

Мужчина, кажется, что-то вяло бормотал, не открывая глаз, но Анжела уже не обращала на всё это никакого внимания. Она уже не могла остановиться.

А!.. убегу, если проснется! – бесшабашно мельком подумала она.

Наконец-то!! Пьяный лежал теперь на спине, тихо посапывая, со спущенными до колен штанами. На нем были только широкие синие семейные трусы. Ну, и рубашка. Но рубашка не в счет. Всё, что сверху, Анжелу сейчас абсолютно не интересовало.

Она глубоко вздохнула и одним движением сдёрнула с мужчины трусы. Анжела еще никогда до этого не была близка ни с одним мужчиной. Никогда еще не видела голого мужчину вот так, вблизи, воочию. Только в кино и на фотографиях. Этот был первый. Его половые органы… Впрочем, разглядывать и раздумывать было некогда. Следовало спешить.

Она подошла к нему сбоку и, поколебавшись немного, осторожно взяла рукой его член. Вялый и безвольно лежащий.

Вот интересно, – думала она, чувствуя в своей ладони теплую мягкую мужскую плоть, – это я уже изменила сейчас своему будущему мужу? Если я возьму сейчас и просто уйду – это как будет? Никак? Ничего и не было? Я всё такая же невинная девушка?

Она беззвучно расхохоталась, присела на край топчана, наклонилась и рукой направила член себе в рот.

А сейчас? – она облизала член во рту языком и чуть-чуть сжала его губами, как бы пробуя его на вкус и на упругость. – Сейчас я уже, наверное, шлюха? Да? Маленькая, грязная шлюшка. Блядь! Конечно, а кто же я?! Как это называется? Сосать? Вот я сосу, сосу! Стою в свадебном платье и, откинув фату, сосу возле туалета у какого-то незнакомого, грязного, вонючего пьянчуги, в то время как меня в двух шагах отсюда ждет жених, красивый, умный! который меня страстно, искренно любит; которого я страстно, безумно, отчаянно, всем сердцем люблю! – я умереть за него готова! – и который ко мне еще даже не прикасался ни разу! Боясь меня оскорбить. Ну, естественно!

Я же вся такая чистая, скромная, непорочная. Свежая как лилия. Как бутон. Святая, в общем, прямо! Беатриче. Мадонна!

Ну, ничего, милый! Не обижайся. У тебя я сегодня тоже… только чуть позже. Ладно? Приятно же, наверное, когда у тебя мадонна отсосет?.. Беатриче?.. Потренируюсь вот только сейчас немного. Мы же, мадонны, не умеем ничего толком. Нам же всему учиться надо!

Мысль, что она совершает что-то немыслимо-запретное, грязное! пьянила и кружила голову как наркотик. Она словно проникла тайком в некий таинственный, запретный мир, куда обычным людям нет хода. О существовании которого они даже и не подозревают и не догадываются!

Она чувствовала себя сейчас какой-то ведьмочкой, проходящей в данную минуту обряд посвящения. Красивенькой, молоденькой, смазливенькой ведьмочкой, обольстительной, нечеловечески! дьявольски порочной, развратной и коварной. Мессалиной! Царицей Тамарой! «Как… э-э?.. как там?.. ангел прекрасна, / Как демон коварна и зла!»

Ну, я-то вовсе даже и не злая!.. – капризно надула щечки Анжела, продолжая в то же время язычком и губками осторожно ласкать, лизать и ощупывать по-прежнему находящийся у нее во рту фаллос. – Я до-обрая… Мне нравится делать людям прия-ятное… Доставлять удово-ольствие… Мужчинам! Что ему, интересно, сейчас снится? Наверное, что-то хорошее?

Эта мысль неожиданно подействовала на нее возбуждающе. Она почувствовала с удовольствием и восторгом знакомое нарастающее тепло и истому в низу живота, в области промежности.

О!.. – Анжела чуть слышно застонала и принялась жадно облизывать, облизывать! толкать, щекотать, поглаживать языком! вялый мужской член, быстро массировать его, двигать вверх-вниз рукой, как, она это видела, делают в порнофильмах.

Она совершенно потеряла голову и почти полностью забыла и о времени и об осторожности. О том, что жених ждет, что мужчина может проснуться, что войти в любой момент могут…

Наплевать!.. Наплевать!.. «Войти!.. проснуться!..» Ну же!.. Ну!! Скорее!.. Скорее! Вставай!.. Вставай!!..

Наконец она поймала ритм и стала двигать рукой и головой синхронно, быстро и в то же время с достаточно большой амплитудой.

Мужчина опять что-то тяжело и неразборчиво простонал во сне. Член его под рукой Анжелы шевельнулся и начал твердеть. Анжела удвоила свои усилия.

Через несколько секунд она чуть отстранилась и с гордостью и удовольствием полюбовалась на результаты своей работы. На жесткий и тугой кусок мужской плоти, который она теперь крепко сжимала рукой. Обнаженная головка пениса матово и тускло отсвечивала лиловато-светло-сиреневым. Жжение в низу живота становилось просто невыносимым! Анжела не удержалась и быстро лизнула пенис в самый кончик, в две яркие маленькие красные полоски, обрамляющие выходное отверстие. Мужчина вздрогнул и снова издал какое-то невнятное мычание.

Анжела направила возбужденный до предела член себе в рот, стараясь проглотить его как можно глубже,.. еще,.. еще,.. вот так!.. вот так!.. до самого конца! Целиком, до основания! Чтобы жесткие волосики на животе и в паху мужчины щекотали губы и лицо.

Ну, всё! Можно считать теперь, что в рот меня отымели!

Внизу у нее уже всё пылало.

У меня там всё мокрое уже, наверное, – мельком подумала она и, обильно смочив слюной головку члена, встала, выпрямилась, поддернула платье и поставила одну ногу на край невысокой лежанки. Резко оттолкнулась от пола второй ногой и сразу же переступила ей через лежащее на лежанке тело. Лежанка была низкая и проделать всё это оказалось совсем несложно. Даже на высоких каблуках.

Теперь она стояла на топчане, широко расставив ноги и чуть придерживая руками платье. Мужчина лежал со спущенными брюками на спине, прямо под ней, между ее ног. Пенис его был пока всё так же возбужден и немного приподнимался над его животом. Прямой и твердый.

Анжела быстро и в то же время осторожно стала садиться, разводя колени и бережно и аккуратно приподнимая платье, следя, чтобы оно не помялось. Оказавшись уже почти на корточках, она сунула правую руку себе за спину, нащупала член и, слегка изогнувшись, осторожно приставила его смазанную слюной головку точно себе к анусу. Чуть помедлила, выпрямила спину, вздохнула и стала медленно садиться дальше, все ниже и ниже, чувствуя, как член, жесткий и твердый, постепенно входит в анус. Проникает внутрь ее!

Глубже… глубже… Так… пока не больно… аккуратней… аккуратней… С-с-с!..

Головка прошла. Дальше все пошло совсем легко. Анжела села еще ниже, так чтобы почувствовать член внутри себя – весь! целиком! – потом медленно несколько раз приподнялась и опустилась, ощущая анальным отверстием, как член двигается внутри ее.

Всё-таки слюна!.. Трёт немного. Вазелин, конечно, был бы лучше… Или детский крем какой-нибудь…

Ну всё! – будем считать, что в попу меня уже тоже отымели! – решила наконец она. – Что я успешно прошла посвящение. Краткий курс молодых шлюх. Пососала и в попу дала.

Ладно, хватит на первый раз. А то меня любимый, небось, уже заждался, волнуется. Где же я, думает, пропала!?.. Его принцесса. Девочка его ненаглядная. Не случилось ли чего со мной?

Ла-апочка!.. Какой же он у меня лапочка! Как я его люблю!

Нет-нет, милый! Всё в порядке! Я уже бегу! Не обижайся на меня, ладно? Я просто дурочка. Маленькая, глупенькая дурочка! Маленькая твоя девочка.

Я же ведь и правда девочка еще! – хихикнула Анжела, приподнимаясь. –

Ага!.. Головка… Теперь аккуратней!.. Ой! Бедная моя попочка! Туда вроде проще было… Осторожно… Осторожно… Ай! Больно!.. Всё!!

Да! – снова хихикнула Анжела, вставая и оправляя платье, тщательно в то же время его осматривая. (Нет! вроде всё нормально!..) – Я же девочка! Невинная. Целочка! Ангелочек.

А это всё не в счет! Про это нигде не сказано. Там – да!.. но там-то как раз всё в порядке, в неприкосновенности…

(Анжела кинула быстрый взгляд на всё еще возбужденный мужской член и мельком пожалела горько, что не догадалась и ТАМ себе слегка поводить… сверху… чуть-чуть только!.. чисто символически, ритуально… просто, чтобы уж везде!.. чтобы всю себя! до конца! всю свою чистоту и невинность этому случайному пьянице отдать!! – но теперь уж всё! поздно, некогда, надо бежать! – спрыгнула с топчана, наклонилась и в последний раз коротко лизнула тело своего первого мужчины, его мошонку.)

… там я всё для своего любимого мужа в целости сохранила, свою девичью честь – а остальное всё… Попка и ротик… Ах, тоже не надо было?! Ну, надо же!.. А я и не знала!..

Да ладно, перестаньте! Какие глупости! Подумаешь!.. Да и не узнает ведь никто. Это всё мне приснилось! Да!

Чепуха, в общем, всё это. Че-пу-ха. Тоже хотите?.. В порядке общей очереди. Только по предварительной записи. Вот так-то!

Она показала язык своему воображаемому собеседнику, кокетливо покрутила попкой, еще раз внимательно осмотрелась вокруг – ничего не забыла? – потом замерла и прислушалась. Тишина – полная!

Она на цыпочках подкралась к двери, затаила дыхание и снова прислушалась. Ни звука! Чуть приоткрыла дверь, трепеща, выглянула наружу… и быстро выскочила из каморки, бесшумно в ту же секунду прикрыв за собой дверь! У-уф!..

Успокаивая себя, сдерживаясь изо всех сил и стараясь не бежать, завернула за угол и тут же нос к носу столкнулась с Колиной матерью.

– О, Анжела! А я уж за тобой! – воскликнула та и остановилась, недоверчиво и зорко поглядывая на свою будущую невестку. Но Анжела уже чувствовала себя в полной безопасности.

– Да нет, Ирина Валентиновна, всё в порядке, – спокойно и безмятежно улыбнулась она стоящей перед ней женщине. – Пойдемте, а то Коля, наверное, действительно уже заждался.

В душе у нее все пело. Она чувствовала себя как человек, только что успешно закончивший какое-то смертельно опасное предприятие. Прошедший по жердочке над пропастью. Выброс адреналина от только что пережитой опасности был, вероятно, чудовищный! Такого восторга она не испытывала еще никогда в жизни. Ей хотелось петь, смеяться, танцевать, кружиться на месте.

Жизнь прекрасна! – радостно и с восторгом думала она. – Прекрасна, прекрасна!

Она прикрыла глаза, снова представила себе мужской член во рту,.. сначала мягкий, послушный, податливый,.. потом твердый, жесткий, возбужденный!.. потом как он властно входит, проникает ей в анус,.. всё глубже,.. глубже… – и почувствовала вдруг такое сильнейшее возбуждение, что чуть не застонала, забывшись. Она не сомневалась ни секунды, что если бы она сейчас могла хоть немножко!.. рукой.. ну, хоть самую малость прямо через платье!.. вот совсем немножечко!.. просто чуть помочь себе!.. С-сс-с!..

Но рядом шла свекровь, и делать этого было ни в коем случае нельзя. Даже и думать было нечего! Даже и шевелиться в этом направлении! Она несколько раз быстро напрягла и расслабила мышцы влагалища, но этого было, конечно же, недостаточно.

– Анжелочка, милая, какая ты… счастливая! – неожиданно даже с завистью какой-то проговорила свекровь, приостановившись, любуясь ею, и удивленно и неуверенно, робко как-то даже, ей улыбаясь. – Ты прямо светишься вся изнутри! Как ангел. У тебя даже походка изменилась. Правда! Идешь… пританцовываешь! Как ты, оказывается, любишь моего Коленьку!

– Да, да, да! дорогая Ирина Валентиновна, любимая! – счастливо, по-детски рассмеялась Анжела и, крутанувшись на месте, махнула подолом свадебного платья. – Я счастлива, счастлива! Как мне хорошо!.. Боже, если бы Вы знали только, как же мне сейчас хорошо! >>

Кедров перечитал текст. Поморщился несколько раз, но в принципе остался доволен.

Неплохо, неплохо!.. – мысленно похвалил он себя и потер в волнении руки. – Вполне! Для начала сойдет. А там видно будет. Перестроимся в случае чего, по ходу пьесы. Если нашему ангелочку так вот! сразу! – это уж чересчур покажется. Такая туалетно-алкогольная экзотика. Грязь вся эта.

Тогда сбавим обороты. Начинать надо всегда с жесткого. Тогда мягкое потом уже за норму покажется.

В обычной постели с обычным мужчиной. Вежливо, культурно. Чего тут особенного? «Разрешите?..» – «Пожалуйста!» Все так делают!

Хотя, чует мое сердце… Ни черта она не испугается! Вот есть что-то в ее письме!! Есть! Чертовщинка какая-то!.. Уголёчек… Вот мы на него сейчас и подуем. Поду-у-у-ем!..Фу-у-у!.. Фу-у-у-у-у!..

Осторожно, девочка! Не закопти свои белоснежные крылышки! Не запачкайся ненароком. Потом ведь не отмоешься! Н-нет! Никакой «Тайд» тут не поможет.

Путь от девочки до девки на удивление короток. Всего-то две буковки. 15-20 см от силы! Среднестатистический размер пениса при эрекции.

Удачи, крошка! Надеюсь, ты с ними легко и быстро справишься. С этими несчастными сантиметрами. Это для тебя не проблема! Ты и к большим испытаниям уже готова! К га-араздо большим!.. Я же вижу.

Ну!.. Ну!.. Аккуратнее, аккуратнее!.. Ничего-ничего, давай, всё нормально!.. Во-от так!.. Во-о-от!.. Хорошо-о-о…

В общем, не сомневаюсь в твоих талантах. А я то в этом охотно помогу. Развить их по возможности. В нужное русло направить. А-ахотно! Всё, что в моих силах!

Пиши, короче, детка, жду ответа! Как она тебе понравилась, эта моя интерактивная литература. Только не стесняйся! Смелее!! И всё у нас будет тип-топ!

Кедров выскочил компьютер и отправился пить чай.


Прошло два дня. Кедров за эти два дня весь извёлся. Он воспринимал этот провал очень болезненно, как свою личную неудачу, как будто ему реальная девушка действительно в жизни отказала. Не дала.

Все-таки столько трудов вложено! Она должна была ответить! Должна!! Возмутиться, обидеться, но хоть как-то отреагировать! Вступить в дальнейшую переписку! Письмо должно было ее зацепить. Задеть. Как какой-нибудь фильм ужасов. Боятся все, но смотрят… Любая реакция, только не равнодушие! Он старался, когда писал этот e-mail! Старался!! Если же она не отвечает…

Похоже, я далеко не так талантлив, как мне кажется,.. – Кедров уныло вздохнул и тихонечко похлопал друг о друга кончиками пальцев правой и левой руки у себя перед носом. – «Интерактивный секс!.. Каменный цветок!.. Данила-мастер!..» Ага, как же!.. Вот, пожалуйста. Первая же попытка…

И ведь я старался!.. Чего уж там. Старался! Хотел понравиться. Ну, заинтересовать, по крайней мере… Блядь! В любом случае она должна была ответить! – он сжал кулак и несильно постучал им по столу. – Должна!!..

Да, но остальные-то козы реагируют! Всем же нравится! – Кедров задумчиво уставился в потолок. – И ей нравилось, раз она мне написала. Так чего же щас?.. Самому, что ль, написать?.. Да нет, самому писать пока не стоит… Только, когда уж окончательно будет ясно, что пиздец. Дня через два-три.

Может, я все же с тематикой переборщил? Надо было постепенно? От меньшего к большему? Как собирался?

Сначала принцу дала. Потом герцогу. Потом графу. Ну и т.д., вплоть до алкаша в туалете. Последовательно. Поэтапно. Наращивать остроту ощущений. Как в песенке. Про сороку-белобоку. «Этому дала,.. этому дала…»

С принца, в общем, начать надо было. Сначала туфельку бы пусть себе хрустальную испачкала слегка. Самый кончик! Каблучок. К запаху бы чуть-чуть попривыкла. Потом перчаточку,.. потом платьице свое белоснежное… пятнышко одно… Ну, а потом уж и вся, с ног до головы! По уши бы в дерьме извозилась.

На это бы она повелась. Она для этого и писала

Но это же неинтересно! Это скучно. Пошло. Рутина! – Кедров пренебрежительно фыркнул. – Как все!

Принцев же кругом полно. Одноразовых. Особенно, когда ты замужем. Они твой запашок за версту чуют. Сразу же, как мухи, на него со всех сторон слетаются.

По этому пути ее провести было не сложно. По наклонной плоскости легко катиться. По ней все катятся. Только подтолкни! Сила тяготения. Закон природы. Всё ниже,.. ниже,.. ниже… До самого дна! Даже усилий никаких прикладывать не надо. Просто не сопротивляйся – и всё. Не хватайся ни за что!

За член мужа, например, – хохотнул Кедров. – Пока он у него еще стоит. Пока за него еще схватиться можно. Как за последнюю соломинку.

А если уж упал – всё! Чао! До свидания, дорогой! Что же я могу поделать? Это не я! Это силы тяготения! Закон природы! Сам виноват. Ну, удержи меня! Удержи!! Схвати, задуши, сожги в своих объятиях!.. От-телло!! Ах, не можешь… Ну-ка?.. Н-да… Ну, вот видишь! Ладно, котик, не переживай. Всё это ерунда. Ты выше этого. Я ненадолго. Ты же знаешь, я тебя все равно люблю. Сильно-сильно! Больше всех.

Остальных! – опять хохотнул Кедров, поднялся с кресла и прошелся по комнате. –

Всё это неинтересно. Не-ин-те-рес-но. Упасть в бездну, в яму. Скатиться вниз, на дно. Скука! Все катятся. Большого ума не надо.

Гораздо интересней подняться! Восстать из бездны!! С самого дна, с самого низа! Возродиться!!! Восстать!!! Как демон, как падший ангел!

Ощущать на своих губах жгучие и страстные, зовущие поцелуи принца, сказочного, прекрасного!.. – и вспоминать при этом, как всего-то пять минут назад, этими самыми губами…

Наблюдать, как все вокруг любуются, восхищаются тобой!.. в фате, в белоснежном подвенечном платье,.. как все видят в тебе образец красоты, чистоты, непорочности; робко и светло улыбаться, ясным и невинным, лучистым взором смотреть прямо в глаза своему любимому, проникать ему прямо в душу! – и вспоминать, как всего каких-то полчаса назад, в грязной и вонючей коморке у женского туалета!.. а-ах!… как жаль, что он спал!! Лучше бы проснулся, выебал меня, как последнюю шалаву! как шлюху привокзальную, рублёвую!! матерясь и не церемонясь! – и опять заснул. И всё забыл. Или исчез куда-нибудь.

Или, еще лучше, чтоб их двое было! Один спереди, другой сзади. А потом наоборот. А потом еще! И еще! А потом кончили бы оба. Прямо мне на лицо!.. в рот!.. С-с-с-с-с!.. О-о-о…

И пропали бы потом! Канули в небытие. Натянули бы брюки и убрели, пошатываясь, горланя песни, в обнимку со своей водкой. Даже ни разу не оглянувшись.

Черт! Надо это всё записать! Пока не забыл! Пока у меня состояние такое,.. – Кедров подбежал к компьютеру и торопливо защелкал клавишами. –

Так-так-так-так-так-так-так!.. Ну-ка-ну-ка!.. А это еще что у нас?.. А, почтовый ящик надо проверить… Ладно… ща… Си-час… Тэк-с… Тэ-э-эк-с!..

Сердце у него стукнуло и сразу же бешено заколотилось. В почтовом ящике было письмо. От нее. От Анжелы. Точнее, от Angel! Как он и просил.

Кедров сразу же забыл про все свои творческие планы. Чего-то там записывать. Он жадно набросился на долгожданное письмо.

FROM ANGEL TO PORNER.

Здравствуйте, PORNER!

Даже не знаю, что Вам и сказать… Это Ваше письмо… Честно говоря, я ждала чего-то совсем другого. Более обычного, что ли. Но это!.. За кого Вы меня вообще принимаете!?

Впрочем, знаете! Мы же незнакомы и не увидимся никогда, так что чего уж там стесняться! Если бы я была действительно шокирована и оскорблена, я бы Вам больше вообще не писала. Правда ведь?

Поначалу я, впрочем, действительно очень на Вас обиделась и решила больше никогда Вам не писать. Но потом… Особенно, когда я попробовала сделать всё, как Вы советовали… Всё представить… шаг за шагом… Вообще… впечатляет!.. Конечно, в жизни так не бывает, в жизни обязательно вошел бы кто-нибудь в самый неподходящий момент или каблук сломался. (Шутка.) Но читать – интересно.

Может, Вы мне еще что-нибудь напишите? На Ваш вкус.

Жду с нетерпением. ANGEL.

Виктория!! – Кедров восторженно крутанулся в кресле и выбросил вверх сжатую в кулак правую руку. – Все-таки я гений! Гений-гений-гений! «Я гений, Игорь Северянин!» Виват!!

Он быстро стал выстукивать ответ.

FROM PORNER TO ANGEL.

Здравствуйте, дорогая ANGEL!

Вы не представляете, как я рад, что Вы мне ответили! Спасибо! Честно говоря, я очень волновался, понравится ли Вам, но Вы – молодец.

Теперь по существу. Вы пишите: за кого я Вас принимаю? Я принимаю Вас за женщину, готовую изменить своему мужу, но пока не решающуюся это сделать. Чего уж там! Мы же действительно друг друга не знаем и никогда не узнаем, так что можно и не стесняться. Воспринимайте меня просто как подружку, только мужского пола. С которой можно обсуждать всё. И которая всё поймет и никогда не осудит.

Если я ошибаюсь – ну что ж! Значит, ошибаюсь. Но мне почему-то кажется, что нет. Что не ошибаюсь… А?..

Ладно, если я не ошибаюсь, то позвольте дать Вам несколько советов. Вернее, даже открыть несколько секретов. Наших, мужских страшных секретов. О которых мы никогда женщинам обычно не рассказываем. Только я уж Вам – в виде исключения.

Итак, запомните главное. Любая женщина, если только она не полный урод, может соблазнить любого мужчину. Любого! Не женить – это особая статья, это сложнее, – а именно соблазнить. Трахнуть, грубо говоря. Билл Клинтон с этой своей Моникой – прекрасный тому пример.

Женщины даже не представляют себе, насколько это легко сделать. Достаточно просто предложить. Да-да! Просто предложить. Без всяких там разговоров и предисловий. Не откажется – никто. Уверяю Вас со всей ответственностью. Ни-кто!

Но – нужно, конечно, соблюдать при этом некоторые простейшие правила. Точнее, всего только одно правило. Одно-единственное. Не испугать его!

Поскольку такое поведение женщины в достаточной степени необычно, мужчина может просто испугаться. Что что-то здесь не так. Что его хотят подставить, обокрасть, заразить и т.п. Ну, в общем, сами понимаете. Всё необычное вызывает страх и опасения. И у мужчин, и у женщин.

Поэтому, если Вы просто скажете незнакомому мужчине: «Трахни меня!», он, в принципе, может и отказаться (испугаться!). В принципе! Т.е. из 10 человек 2, может, и откажутся (испугаются). Хотя, честно говоря, если женщина достаточно привлекательна, я и в этом-то сомневаюсь. Но, в принципе, повторяю, это все-таки возможно.

Но вот если Вы скажете, что-то типа: «Мне изменил муж, и я хочу ему отомстить. Тем же самым способом. Тоже изменить ему. А ты мне так нравишься!.. Ты такой!.. Ты в моем вкусе!..» или любую другую подобную белиберду – то всё! Он Ваш. Не откажется никто!

Поскольку мужчине всё сразу станет ясно. Что никакая это не подстава. Просто хочет девушка – и всё. А что он «такой!..» – он не сомневается ни секунды! Это уж!..

Короче, можете мне поверить. Не откажется – никто! Ни один! (Ну, не знаю, может, и есть на свете такие идиоты, но я даже представить себе такого «мужчину» не могу!) Ни женатый, ни неженатый. Ни один! Тем более, если он будет уверен, что сейчас вы расстанетесь – и всё. Никто никогда не узнает. НИ ОДИН!!!

Это Вам, Анжелочка, тема для размышления. Вот подумайте как следует и напишите мне.

Я лично Вам просто советую проверить всё на практике. Когда будете морально готовы. Т.е. не изменять мужу с его приятелями и знакомыми, как все это обычно делают – это чревато! – а действовать совершенно наоборот.

Сесть к кому-нибудь в машину и предложить сделать минет. Вот и всё. Легко и просто. Ну, или просто на заднем сиденье трахнуться. Это уже по ситуации.

Для начала. Чтобы психологический барьер в себе сломать. Первой измены. Потренироваться. А дальше уж у Вас всё как по маслу пойдет. Когда почувствуете себя уверенной, перестанете мужчин бояться – быстро научитесь вертеть ими, как захотите, и сами себе любовников выбирать будете. По вкусу. И менять их как перчатки. На самом деле женщине это еще проще, чем мужчине. Никто из них просто не понимает до конца своих возможностей. Недооценивает себя. Как желанного сексуального объекта практически для любого субъекта мужского пола. Для любого самца. Генетически запрограммированного реагировать на самку.

А женщины тратят время на всякую чепуху. На пустую болтовню и разговоры. И своей холодностью и недоступностью только всех распугивают. Смелее! Смелее! Не церемоньтесь! И всё получится. Всё очень просто. Настолько просто, что Вы даже и представить себе не можете. Все мужчины будут у Ваших ног. Вперед!!

Пишите. PORNER.

Фу-у!.. даже рука устала!.. – Кедров отправил письмо и, отдуваясь, откинулся в кресле. – Ну, что ж! Теперь будем ждать. Будем ждать! Наживка заброшена. Сколько ей потребуется времени, чтобы созреть? Ангелочек!

Однако на этот раз ждать долго не пришлось. Ответ пришел почти сразу. Буквально минут через сорок.

FROM ANGEL TO PORNER.

Еще раз здравствуйте!

Ну, не знаю… Насчет измены мужу. Хотя, наверное, Вы правы. Действительно, хочу и не решаюсь. И стыдно, да и не знаю, с чего начать. С кого! (Шутка.) Да и стыдно всё же как-то. Мы же любим друг друга. Я его люблю. Как это: я с другим мужчиной?.. А вдруг он все-таки узнает?! Я, наверное, со стыда тогда умру! И вообще это нехорошо. Не знаю!! Я уже вообще ничего не знаю! Я окончательно во всем этом запуталась.

А что, действительно, любой мужчина, как вы пишете?.. Удивительно!

Словом, у меня уже голова от всего этого кругом идет. Мне надо подумать и разобраться в себе.

ANGEL.

А грамотно дамочка пишет! – с невольным уважением подумал Кедров, прочтя это ее новое послание. Кто-кто, а уж он-то знал прекрасно, как обычно пишут «дамочки». – Очень даже! Если бы не это дурацкое «(Шутка.)», то прямо… Хм… Гуманитария, наверное, какая-нибудь. «(Шутка.)»! Студенточка-аспиранточка. Филолог, бля, лингвист. То-то она пишет, что ей не с кем. Там же у них одни бабы, небось, на филфаке на этом. А если и есть мужики, то и те филологи. «(Шутка.)»! Тьфу, прицепилось!

Ладно, продолжим наши игры, цинично усмехнулся он, начиная печатать новый ответ. – Объясним девочке, что к чему, раз она сама «разобраться не может.» Тем более, что она только того и ждет. Чтобы ей это «объяснили».

Может, самому попытаться встретиться и «объяснить» всё наглядно?.. Доходчиво… Да нет, спугнуть можно! Решит еще, что я специально всё это затеял, все эти уроки просвещения, чтобы ее банально трахнуть. А значит, всё, что я пишу – ложь. Заманилово.

Нет уж, пусть уж видит, что я бескорыстно действую. От чистого сердца. Как «друг»! Просто помочь хочу, сам ничего с этого не имея. Это на нее лучше подействует.

Да и интереснее это! Поиграть в демона-искусителя. Демоны же тоже сами этими глупостями обычно не занимаются. Только подстрекают да науськивают. Из любви к искусству. Вот и я… тоже… из любви… та-ак!..

FROM PORNER TO ANGEL.

ANGEL!

Давайте говорить без обиняков! Начистоту, откровенно! Если уж Вы начали об этом думать, об измене, об адюльтере – то всё. Никуда Вы от этого не денетесь. Рано или поздно это случится неизбежно.

Так уж лучше тогда контролировать этот процесс, управлять им, чем пустить всё на самотёк и ждать, куда кривая вывезет. Не правда ли?

Ну, начнете Вы сейчас подсознательно присматриваться к своим знакомым, выбирать кого-то среди них… Всё это прекрасно заметно со стороны, уверяю Вас!.. Ну, муж-дурачок, может, не увидит, но другие увидят. Поползут слухи… Зачем Вам всё это? Не говоря уж о том, что от любовника этого, если он из знакомых будет, потом не отделаешься, когда он Вам надоест – а он Вам надоест, можете уж мне поверить!.. Вы же еще совсем молоды!.. В общем, куча проблем. Причем совершенно ненужных. На ровном месте.

Зачем они Вам? Зачем!? Кругом толпы мужчин. Тучи. Стада. Вон, вон они пасутся! И все они Вас хотят. Все! Все до единого. Пальцем только поманите – и все они за Вами побегут. Кучей! Гурьбой. Высунув до колен языки. Вы молоды, умны, красивы наверняка! Господи! Да весь мир перед вами! Хвостиком только вильнёте чуть-чуть – и всё.

Словом, вот Вам мой совет! Действуйте, как я Вам рекомендовал в прошлом письме. И всё будет нормально.

И не откладывайте в долгий ящик! Чего тянуть?! Чего там «думать»? «Разбираться в себе»? Нечего тут «разбираться»! Думай, не думай, а результат один. Ничего нового Вы всё равно не выдумаете, и кончится всё… Вы уж извините меня за откровенность, Анжелочка, но мы ведь друзья, а друзья для того и существуют, чтобы говорить друг другу правду. Колебаться надо только при выборе решения. А ведь Вы уже всё для себя решили, разве нет? А коль скоро решение принято, надо просто действовать. Действовать!

Действуйте!! Садитесь в машину, как я Вам советовал, в первую попавшуюся, и!.. Ну, в общем, жду отчета о Ваших блестящих успехах и победах. А не о каких-то там непонятных «копаниях в себе».

У Вас все получится, я уверен! PORNER.

Да уж!.. – зевнул Кедров и посмотрел на часы. – Как ни получиться! Блестящие победы на заднем сиденье, я думаю, не замедлят. Да и на переднем тоже… Чего-то я с этой маленькой сучкой все дела забросил. Уже второй день, по сути, выпал. Да какой второй! Вся неделя! Пока рассказ сочинял, потом ответа как дурак два дня ждал, всё из рук валилось… Ну, да!.. Почти вся неделя.

Ладно, пора заканчивать с ней. Побаловались – и будет. Тем более, что ясно уже всё. Вопрос времени. Когда именно она у таксистов сосать побежит. Сегодня или завтра.

Завтра, наверное… Или послезавтра… – Кедров опять зевнул и потянулся. – Хотя, может, и сегодня… Рано же еще, – он снова взглянул на часы, – пару раз еще успеть вполне можно. Правильно! Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня! – негромко промурлыкал он вслух и невесело засмеялся. –

«Совратитель!.. Демон-искуситель!..» Чего этих шлюх «искушать». Они сами кого хошь искусают. «Ангелочек!..» Какой там ангелочек! Обычная блядь! Каких кругом полно, хоть пруд пруди. Чего я там сам себе навоображал!.. Напридумывал!.. «Ангел – демон!.. Падение!.. Бездна!..» Рассказ ей такой навороченный сочинил!.. Какая там «бездна»!!?? Лужа ближайшая. Хоть бы посопротивлялась для приличия. Хотя бы несколько дней. Чего это у нас?.. А!.. очередное письмецо! Ну-ну!.. Быстро, однако. Невтерпёж уже, видать, девушке нашей. Чешется всё. Зудит. С-сука! Коза ебливая!

FROM ANGEL TO PORNER.

Получила ваше письмо.

Да, Вы правы, правы! Всё, бегу, опаздываю! Может, по дороге и решусь. Если хватит духу.

Пожелайте мне удачи!

Ваша Angel.

«Ваша Angel»! – со злостью повторил Кедров и грязно выругался. – На хуй ты мне сдалась!! Тварь! Прошмандовка! «Пожелайте мне удачи!» Желаю тебе удачно отсосать, мразь! Паскуда!! – Кедров встал и подошел к окну. Настроение его вдруг резко испортилось. Как будто он что-то только что безвозвратно потерял. – Чего это со мной? – в недоумении подумал он. – Я же сам этого хотел. Подталкивал ее всеми силами. Чего я, рехнулся? Да я ее и не видел ни разу! Какое мне до нее дело! Да и чего я ждал? Что она все-таки не поддастся? Устоит? Бред какой-то!

Кедров постоял, молча глядя в окно. На душе почему-то становилось всё тяжелее. Он бездумно прошелся по комнате и толкнул дверь спальной.

На трюмо белела записка.

Милый!

Я сегодня задержусь, наверное. Обед на плите.

Всё не ешь, оставь мне немножечко! (Шутка.)

Целую. До вечера.

Кедров перечитал записку. Потом еще раз. Потом еще. Ноги у него подкосились, и он тяжело опустился на кровать.

«(Шутка.)»!.. – как заведенный, всё повторял и повторял про себя он. – «(Шутка.)»!.. «(Шутка.)»!..

Но этого не может быть! Это не она! Она же и с компьютером-то работать не умеет. Это просто совпадение. Случайность! Шутка!!


Когда часа через два веселая и сияющая жена вбежала в комнату, он всё еще так и сидел, сгорбившись, тупо уставясь в пол и сжимая в руке листок.

– Милый!! Дорогой! – прямо с порога закричала жена и легко крутанулась на месте, игриво махнув подолом коротенького платьица. – Как я счастлива! Как мне хорошо!.. Боже, если бы ты знал только, как же мне сейчас хорошо!!

– Да… – медленно поднял голову Кедров. – Вижу… Ты прямо светишься вся изнутри! – криво усмехнувшись, продолжил он начатую цитату из своего собственного рассказа. – Как ангел.

– Что? – замерла на месте жена. Глаза ее расширились.

– Ничего, – длинно, с присвистом выдохнул Кедров и скомкал листок. – Шутка!


И спросил у Люцифера Его Сын:
– Почему та женщина так поступила?

И ответил Люцифер Своему Сыну:
– Причин никаких особых не требуется. Просто так устроен мир.